Принято считать, что менеджер должен уметь делать все, что перечислено в учебнике. Но на практике стремление к идеалу приводит к управленческим провалам. Вместо этого нужно учиться строить органичную управленческую команду, считает теоретик менеджмента Ицхак Адизес

«Уважаемое издание, а какую пургу публикует», — возмущался читатель журнала Harvard Business Review по поводу статьи Ицхака Адизеса «Искусство изменяться», опубликованной в сентябре этого года. «Пурга» — это представленная концепция жизненного цикла компании и типологии основных функций менеджера — подход, годящийся, по мнению читателя, разве что для юмористических «законов Паркинсона», а не для старого доброго менеджмента.

Между тем Адизес ни много ни мало берется исправить ошибку в традиционной теории менеджмента. Его даже называли корпоративным экзорцистом1.

Адизес, по его собственным словам, давно борется с классической программой бизнес-образования, пытающейся добиться от каждого менеджера совершенства во всех аспектах управленческого процесса — и планировании, и умении креативно мыслить, и администрировании, и работе с персоналом, — потому что считает, что ни один человек не может и не должен выполнять все роли менеджера успешно. Это невозможно, поскольку менеджмент — слишком сложный процесс и некоторые необходимые функции попарно взаимоисключающие. Мастерство менеджера, по Адизесу, на самом деле заключается в умении работать с другими — так, чтобы в результате совместной деятельности эффективно выполнялись все составляющие менеджмента. Это отвечает приверженности Адизеса к идее перехода от механистического взгляда на компанию к взгляду «биологическому», предполагающему, что все части фирмы-организма взаимозависимы и органично дополняют друг друга.

Свои идеи доктор Адизес шлифует и проверяет на практике без малого тридцать лет. Он консультировал компании с мировым именем и переструктурировал по своей методике советы директоров транснациональных гигантов. Его советами пользовались также восемь премьер-министров.

О том, что и как нужно изменить в понимании менеджмента, Ицхак Адизес рассказал в интервью «Эксперту».

Четыре роли менеджмента

— Что вам не нравится в традиционном менеджменте? Вообще говоря, не вполне ясно, что обозначает это слово, чему мы учим и за что присуждаем степени. За время, прошедшее с момента выхода моей первой книги, я развил и усовершенствовал понимание того, что такое менеджмент. Это английское слово не переводится ни на один язык. В России, Украине вы используете «управление» и «руководство», но ни то, ни другое слово не отражает сути менеджмента. Такая же ситуация во французском, в испанском…

— А чем, собственно, плохи «управление» и «руководство»? И эти определения, и все прочие синонимы, которые можно найти в словаре, предполагают дисбаланс между тем, кто управляет, и тем, кем управляют. Один говорит другому: я знаю, что делать. Есть некто, мнящий себя Богом всезнающим. Самая главная ошибка при принятии любого решения — когда кто-то говорит остальным, что делать.

Не вполне ясно, что обозначает слово «менеджмент», чему мы учим и зачто присуждаем степени. Ни «управление», ни «руководство» не отражают сути менеджмента — Что же такое менеджмент? Менеджмент — это процесс, осуществляемый людьми по обеспечению того, чтобы компания была эффективной и результативной в краткосрочной и долгосрочной перспективе2. Все. Даже если вы мать Тереза и управляете монахинями, вы делаете именно это. А дальше я предлагаю модель, практически медицинскую. Для того чтобы этот процесс осуществлялся, должны выполняться четыре функции. Эти функции — генетический код компании, я их иногда называю витаминами для жизни компании. Они неодинаково развиваются на разных этапах ее жизни, то появляясь, то угасая. Смотрите. Вы эффективны, когда служите цели своего существования. Чтобы быть эффективным сегодня, вам нужно удовлетворять потребности клиента (в английском варианте эта функция называется «provide », в русском — «достижение результата», обозначается буквой Р). В долгосрочной перспективе для этого понадобится умение предугадывать ситуацию на рынке и предлагать новые идеи, то есть быть предпринимателем (П). Р — краткосрочная функция, П — долгосрочная. Для ежедневной эффективной работы нужно соблюдать установленные процедуры, чтобы каждый раз не изобретать велосипед, то есть требуется административная функция (А). А чтобы эффективная работа продолжалась долгое время, нужно постоянно воспроизводить в компании атмосферу сотрудничества, вплетать цели каждого в цели группы и делать индивидуальные риски групповыми. Это функция интеграции (И). А — краткосрочная функция, И — долгосрочная. Компании проходят через проблемы, нормальные для соответствующего возраста. Но есть и проблемы, возникающие из-за нехватки или избытка какой-либо функции. Допустим, руководитель увлечен разработкой новой технологии (выполняет функцию П), но не уделяет достаточного внимания продажам и финансам (функция P). Решать проблемы можно, вводя недостающие «витамины», то есть заниматься терапией, а не хирургией вроде смены совета директоров.

— А как диагностируется недостаток функций? По обычным бизнес-показателям. Если компания теряет долю рынка, скорее всего, она плохо удовлетворяет потребности клиента, то есть не хватает Р. Слишком низкая норма прибыли указывает на недостаток А. Фирма не выпускает новых продуктов или опаздывает с выводом товара на рынок — явно мало П. Если компания испытывает кризис управления, когда умирает или отходит от дел ее основатель, — нужно добавить И.

— Сейчас у ряда экспертов появилась точка зрения, что мировой менеджмент в целом переживает системный кризис, что он чуть ли не изжил себя. Ему тоже не хватает какого-то витамина? Кризис, безусловно, имеет место. Я его вижу так. Предпринимательский дух, П, который сейчас столь силен в Китае, России и Украине, слаб в Европе. В России в коммунистическую эру «предприниматель» означало «спекулянт», это было опасно, в тюрьму могли посадить. Сейчас предприниматели «проявились» и их количество растет с невообразимой скоростью. В Китае то же самое. Европа же гораздо более административна. Даже само слово entrepreneur они практически потеряли. Они говорят: «креативный», «инновационный», но не «предпринимательский». Это и есть кризис. А вот в Японии другой тип кризиса — они слишком человекоориентированные, И. И им пришлось импортировать топ-менеджмент, обладающий предпринимательским духом. Например, нынешний президент Nissan Карлос Гон — бразилец. В Японии все больше и больше иностранцев становятся президентами компаний, потому что японская культура не слишком предпринимательская. А Израиль очень слаб по части А, как Россия и Украина. Вам нужно добавить А к вашему П, и вы будете успешнее.

— Американские гуру последнее время вовсю учат менеджеров быть эмоциональными, духовными, выстраивать взаимоотношения и обращать внимание на людей. Они слабы в И? Сейчас И в Америке растет, потому что американцы копируют японцев. А у них тоже растет, а вот П страдает. В Америку приезжает очень много предпринимателей-иностранцев, Силиконовая долина полна индийцами, турками, иранцами, израильтянами и русскими, а американцев мало.

— Есть еще одна актуальная тема в бизнес-литературе и бизнес-образовании — лидерство. Может быть, это тоже связано с кризисом менеджмента? Я думаю, что происходит следующее: пытаясь решить проблемы менеджмента, мы меняем имена. Сорок лет назад это называлось administration — администрирование. Первый журнал по этой теме выходил под названием Administrative Science Quarterly («Ежеквартальный журнал об административной науке»). Учебные заведения назывались business schools of administration, а присваиваемая степень и по сию пору именуется master of business administration. Потом все поняли, что «администратор» — это не совсем то, что нужно, это бюрократия нижнего уровня, давайте эту категорию и будем называть администраторами. А вот это самое, что нам нужно делать, назовем менеджментом. Когда слово «менеджмент» тоже не сработало, появилось слово еxecutive: executive education, chief executive officer. Через некоторое время стало ясно, что и это не работает. Давайте перейдем к «лидерству» — и сегодня все говорят про лидеров. Но через два-три года станет понятно, что и это не работает, и придется искать новое имя. Слово «лидер» выйдет из обихода, и начнут активно пользоваться, скажем, словом «император». Но если не сменить парадигму менеджмента, смена слов не поможет.

Менеджмент во множественном числе

— Что же неправильно в текущей парадигме? Она до сих пор фокусируется на индивидууме. Стандартная теория менеджмента учит, что менеджер может решить любую проблему. Ребята, спуститесь с небес. Все это управленческое образование порождает гигантские проблемы: мы пытаемся создать то, чего не может быть, — идеального менеджера. Книг по менеджменту тысячи, и в каждой описан один менеджер.

Если вы не знаете, в чем вы слабы, то не будете хорошим менеджером, потому что не сумеете дополнить себя Каждая книжка берет лучшие черты одного хорошего менеджера, другого и третьего и делает коллаж «Каким должен быть хороший менеджер». Но реальный человек — не коллаж. Идеального менеджера не существует — дело в том, что функции, которые необходимо выполнять в менеджменте, конфликтуют друг с другом. И, соответственно, требуют наличия противоположных личностных качеств. Например, А и Р несовместимы. Я так занят текучкой, что мне совершенно не до системы. Или, наоборот: вы настолько заорганизованы, что совершенно не обращаете внимания на потребности клиента. Пытаясь объединить такие функции, мы убиваем одну из них. Если в компании есть вице-президент по сбыту и маркетингу, можно быть уверенным, что маркетинга в этой компании нет, есть только поддержка процесса продаж. Маркетинг — это П. Продажи — это Р. Краткосрочная функция Р гарантированно подавит П. Какое решение вы предлагаете? Чтобы заставить менеджмент работать, нужна комплементарность, взаимодополняемость. Надо говорить уже не о лидерах, а об управленческих командах. Ни один палец в отдельности не является рукой. Никто не может быть менеджером в одиночку. И бизнес-школам надо начинать обучать работать вместе с людьми, которые не такие, как вы. Уметь работать с другими людьми — самое важное в менеджменте. Вообще-то все, что я говорю, вы уже знаете. Точно так же обстоит дело с браком: вы создаете семью с кем-то, отличным от вас. Если вы, допустим, очень организованны и систематичны, скорее всего, вы выбрали в супруги весьма экспансивного и даже взбалмошного человека. Детям, чтобы расти, нужны обе энергии, одинокому роди-телю тяжело растить ребенка — тому все равно не хватает папы или мамы. Компаниям, чтобы расти, тоже нужны все психологические паттерны, все дополняющие друг друга энергии. Я называю это взаимодополняющей командой (сomplementary team). Такие управленческие команды я строил во многих компаниях. Для одной компании с оборотом в десять миллиардов долларов я построил офис президента из четырех человек, четырех cопрезидентов. Комитет управляющих директоров Shell Oil состоит из семи человек. Любой из них может наложить вето на решение. Но они никогда этого не делают, поскольку обсуждают каждое решение, пока все не согласятся. СЕО Dell Computers Майкл Делл работает в той же комнате, что и остальные «топы». Они разделены только стеклянными перегородками, видят друг друга и все время общаются. Это потребует ментальной перестройки от обычного менеджера.

— Какой? Что вам точно нужно — это знать себя самого. То есть отдавать себе отчет в своих сильных сторонах и знать слабые стороны. Когда я на интервью слышу от кандидата: «У меня нет слабых сторон», я понимаю, что он живет в мире «ла-ла-ла», вот и все. Тем не менее многие люди свои слабые стороны не знают, отрицают их наличие или не хотят это обсуждать. Такой человек не будет хорошим менеджером, потому что он не сумеет дополнить себя. Если я знаю, что не силен в А, я ищу себе в помощь хорошего А. Если я это отрицаю и считаю, что достаточно хорош везде, я никогда не построю взаимодополняющую команду. Каждый должен быть готов принять себя, хороший руководитель н


Похожие записи:
  1. Турция намерена стать главным связующим звеном в транспортировке газа и нефти в Европу
  2. Что дала Соединенным Штатам программа по выкупу токсичных активов — TARP
  3. Отток телеаудитории в Интернет ведет не только к перераспределению рекламных потоков, но и к изменению самих рекламных форматов
  4. Похоже, технический прогресс и нужды потребителей наконец-то нашли точки соприкосновения. В мейнстриме - масса простых, понятных, относительно недорогих и безопасных штучек
  5. Новый урбанизм -- это пять минут ходьбы от дома до магазина, офиса, ресторана, детской площадки или остановки. Город превращается в систему самоценных общин, оптимально вписанных в существующий ландшафт, и обращается ко всем, к кому он до сих пор был равнодушен
  6. Переход к маркетинговой концепции простого использования техники заметно укрепил позиции корпорации Philips
  7. Украинские ученые начали создавать масштабную компьютерную сеть для научных вычислений. Это позволит им принимать участие в крупнейших мировых экспериментах