Третья попытка итальянской Prada выйти на биржу свидетельствует о преодолении финансового кризиса, в котором компания пребывала не один год, и о начале нового этапа глобальной экспансии

Генеральный директор итальянской Prada SpA Патрицио Бертелли заявил о намерении вывести компанию на биржу. Подобные заявления г-н Бертелли делает с завидной регулярностью. За последние полгода он так накалил атмосферу вокруг компании, что заставил аналитиков и прессу поверить: долгожданное событие наконец состоится, причем довольно скоро — в 2008 году.

Но Prada снова пошла на попятную. В интервью «Эксперту» директор Prada по коммуникациям Томасо Галли опроверг информацию о том, что руководство компании приняло окончательное решение о выходе на IPO. «Г-н Бертелли действительно неоднократно упоминал о том, что первичное размещение акций, возможно, будет произведено в ближайшие годы, но точные сроки и конкретные детали пока не определены. В течение шести-семи месяцев мы будем внимательно изучать наши возможности и ситуацию на рынке. Может быть, мы и выйдем на IPO в 2008 году, а может — и нет», — подчеркнул г-н Галли. Предварительная подготовка уже ведется: в апреле Prada начала поиски главы отдела по связям с инвесторами, чтобы усилить департамент финансов.

Невезучая Prada

Вплоть до 2005 года дела у Prada SpA, одной из самых известных компаний, выпускающей люксовую одежду, обувь, сумки и аксессуары под брендами Prada, Miu Miu, Car Shoe и Azzedine Alaia, шли неважно. Владельцы — правнучка основателя дома моды Prada Миучча Прада, ее муж Патрицио Бертелли и другие члены их семьи — на протяжении десятка лет не могли вывести компанию из кризиса, куда, к слову, сами же ее и загнали.

Череда неудач началась с того, что в начале 90-х годов, последовав всеобщей тенденции — собрать под одной крышей как можно больше фэшн-брендов, компания купила убыточного римского производителя меховых изделий Fendi. Улучшить финансовые показатели Fendi не получилось, и несколько лет назад Prada продала свою долю французскому холдингу LVMH.

Другие громкие приобретения группы Prada 90-х годов — убыточные бренды Helmut Lang и Jil Sander — были проданы в 2006 году японской фэшн-компании Link Theory и частному инвестфонду Change Capital Partners соответственно.

Попытки Prada Group выйти на биржу были призваны укрепить положение группы на фэшн-рынке. Первый выход был намечен еще на 18 сентября 2001 года, но тогда компания была вынуждена отказаться от задуманного в последний момент — 11 сентября в Нью-Йорке произошел крупнейший теракт в истории США, и финансовые рынки чувствовали себя не лучшим образом. В 2002 году ситуация лучше не стала: состоятельные потребители по всему миру, ощущая экономическую и политическую нестабильность, покупали меньше люксовых товаров, и прибыль компании падала.

В следующий раз IPO планировалось в 2004 году, но Prada снова не повезло. Жиль Сандер, основательница одноименного бренда Jil Sander, покинула компанию, тем самым изрядно подпортив репутацию группы как мультибрендовой.

Не самый удачный момент

Откладывание IPO не пошло компании на пользу. Если в 2001 году Prada SpA оценивалась более чем в 7 млрд евро, то в 2002 году стоимость компании упала вдвое — до 3–3,8 млрд евро, чистая прибыль сократилась с 94,2 млн до 24 млн евро, а суммарные долги достигли почти миллиарда евро. Вплоть до 2006 года, когда Prada стала выходить из кризиса, а прибыль существенно выросла, говорить об IPO не имело смысла.

Сегодняшнее финансовое состояние компании можно оценивать по-разному. С одной стороны, стоимость Prada составляет 2 млрд евро, и даже этого уровня компания смогла достичь только после того, как в конце 2006 года продала 5-процентную долю в своем капитале итальянскому банку Intesa. То есть до уровня 2001 года компании далеко. С другой — в 2006 году чистая прибыль выросла на 63% и составила 76 млн евро благодаря росту продаж марки Miu Miu и общему сокращению издержек (в 2005 году прибыль выросла с 9 млн евро до 47 млн). То есть вроде бы наметились изменения к лучшему.

«Сегодня бренд Prada широко представлен по всему миру — в Азии, США и Европе. Так, уже в текущем году в Китае оборот бренда вырос на 50 процентов по сравнению с прошлым годом. Над чем работаем, так это над увеличением доли рынка в США и Японии, где нам есть куда расти. Мы также собираемся открыть магазины в Барселоне и Стамбуле и выйти на новые рынки — в Индию и Бразилию. Россия для нас тоже очень важна, причем не только для местных клиентов, но и для туристов, которые ездят в вашу страну все больше и больше», — сказал Томасо Галли.

Надо меняться

Будет ли удачной нынешняя, третья, попытка разместить акции, пока неясно. Небольшие, по сравнению, например, с французскими люксовыми холдингами LVMH и PPR, частные компании, где высоко ценится ручной труд и тщательная выделка, традиционно составляют основу модной индустрии Италии. Prada до сих пор производит всю продукцию — от туфель, ремней и сумок до одежды — в Италии. Это не лучшим образом сказывается на размере производственных издержек. Но высокое качество, которого нельзя достичь при производстве в азиатских странах, в Prada ценят слишком высоко, чтобы им можно было пренебречь.

Французский люксовый рынок развивается иначе — его основу составляют крупные публичные холдинги, которые аккумулируют значительное число фэшн-брендов как в области моды, так и в других сферах (алкогольные напитки, предметы интерьера, драгоценности и др.). На глобальном рынке, где успех компании определяется наиболее широким захватом регионов, крупным публичным компаниям выжить гораздо легче, чем частным. Последним не хватает собственных средств на глобальную экспансию, особенно в Китае, Индии и Бразилии, где спрос на люксовые товары постоянно растет, а также адекватных инструментов управления современным рынком модной одежды. Это и вынуждает итальянские компании идти на биржу. «В условиях роста конкуренции и развития новых региональных рынков любая частная компания, которая находится на самофинансировании, не может позволить себе глобальную экспансию вне зависимости от финансового состояния ее владельцев. Так что стремление Prada на биржу неправильно объяснять просто недостатком финансовых средств или давлением со стороны таких крупных французских холдингов: выход на биржу — это требование времени и глобального рынка», — сказал «Эксперту» президент итальянской фэшн-компании BasicNet Марко Боглионе.

По этому пути уже пошли Benetton, Marzotto (бренд Valentino), Bvlgari, Luxottica, Tod’s и — самый последний пример — обувная марка Geox. О своем намерении разместить акции на миланской бирже объявил итальянский холдинг AEFFE, владеющий линиями модной одежды Alberta Ferretti и Moschino, знаменитая Versace (к концу 2008 года), Salvatore Ferragamo и производитель люксовых ювелирных изделий Damiani. «Я надеюсь, что итальянская модель модной индустрии, когда ежегодно создается много новых компаний, останется жизнеспособной. Но для того чтобы успешно развиваться, эти компании будут вынуждены принимать во внимание необходимость плотного взаимодействия с финансовым рынком», — считает г-н Боглионе.

Так думает и сама Prada. «Наша компания находится в уникальной ситуации: мы конкурируем и с небольшими, но очень креативными брендами, которые задают тенденции, — с Balenciaga, Marc Jacobs, Alexander McQueen и др. А с другой стороны — с большими фэшн-бизнесами вроде Gucci, Louis Vuitton, Chanel и Hermes. Нам нужно быть инновационными, делать привлекательную одежду, но в то же время и быть хорошими менеджерами. И если рамки частной компании для этого узки, значит, нам нужно переходить на следующий уровень — публичный», — говорит Томасо Галли.




Похожие записи:
  1. Европейцы массово покидают американский фондовый рынок. Из-за чрезмерных требований к акционерным компаниям в США они переводят регистрацию бумаг на национальные фондовые рынки
  2. Российская стальная компания Evraz Group, контролируемая Романом Абрамовичем, за 2,3 млрд долларов покупает среднюю по размеру американскую металлургическую корпорацию Oregon Steel Mills. До сих пор российские металлурги таких дорогих приобретений не делали
  3. Во всяком, особенно конфликтном, взаимодействии принципиально важную роль играет не только обладание каждой из сторон той или иной информацией, но и представление об информации, доступной сопернику. Сорок пять лет назад этот вывод и его приложения были революционными, что и принесло сегодня его авторам Нобелевскую премию в области экономики
  4. Эволюция финансовых систем определяется не только накопленным богатством наций и не является поступательным процессом. История знает длительные периоды, когда происходил регресс в развитии финансовых систем, преодоленный лишь осмысленными усилиями государства
  5. Вирус птичьего гриппа H5N1 после ряда мутаций вполне может оказаться возбудителем пандемии, ожидаемой Всемирной организацией здравоохранения
  6. В погоне за прибыльностью европейские банки стремятся увеличить долю рынка в Центральной и Восточной Европе и развивают альтернативные каналы продаж. В Украине западные игроки будут делать ставку на традиционные услуги в отделениях
  7. Многолетняя позиционная борьба немецких оборонных концернов вот-вот может обернуться масштабным переделом рынка военной продукции Германии. И не только Германии