Что дала Соединенным Штатам программа по выкупу токсичных активов — TARP

Последний день работы аудитора Нила Барофски на должности генерального инспектора специального департамента государственного казначейства США по контролю за TARP оказался нетривиальным. В газете The New York Times вышла его статья «Где в программе выкупа произошел сбой» с резкой критикой программы выкупа токсичных активов TARP (Troubled Asset Relief Program), в рамках которой из федерального бюджета США было выделено 700 млрд долларов помощи американским компаниям.

В своей публикации Барофски не стеснялся ни в оценках, ни в выражениях. «Не исключено, что доверие к правительству было подорвано так сильно, что когда возникнет следующий кризис, те, кто будет стоять у руля государства в будущем, могут оказаться просто политически не способны предпринять нужные шаги, чтобы спасти страну», — безапелляционно подвел черту он под результатами программы выкупа токсичных активов.

Под словами Барофски сегодня готово подписаться 57% американцев, которые, по данным исследовательской компании Marist-McClatchy, не одобряют расходование бюджетных средств на поддержку частных предприятий и банков. Программа TARP — один из самых противоречивых шагов, предпринятых правительствами мира в период финансового кризиса. Но, несмотря на критику со стороны либералов, сторонники программы уверены: в учебниках по истории о TARP будут говорить как о шаге, позволившем спасти от краха экономику США.

Как бюджет банкиров спасал

Компании, которые в 2008 году получили 295 млрд долларов бюджетных средств в рамках программы TARP, в том же году потратили 114 млн долларов на лоббизм и взносы на избирательную президентскую кампанию

Поставить подпись под законом о TARP, предполагающим масштабную господдержку частных предприятий в США, мог только политический самоубийца. Таким человеком стал 43-й президент США Джордж Буш. В третий раз он уже не мог баллотироваться в президенты и потому мог себе позволить 3 октября 2008 года, в разгар финансового кризиса, подписать закон, призванный спасти США от краха. Получателями многомиллиардной государственной помощи стали крупнейшие финансовые организации и промышленные гиганты, многие из которых оказались на грани банкротства. Первоначально в рамках программы TARP, известной также как «план Полсона» (по фамилии тогдашнего министра финансов США Генри Полсона), планировалось выкупать неликвидные активы у финансовых институтов. Однако впоследствии бóльшая часть средств ушла на рекапитализацию банков и страховых компаний, а также на спасение американской автомобилестроительной индустрии.

Программу лоббировали крупнейшие инвестиционные банки, опасающиеся повторить путь обанкротившегося инвестбанка Lehman Brothers. Против TARP выступали многие члены Конгресса, а также бóльшая часть населения США, которое не хотело за счет своих налогов решать проблемы банкиров.

Федеральный инспектор Нил Барофски был назначен на пост генерального инспектора TARP на старте программы в 2008 году. Джордж Буш предоставил федеральному аудитору полномочия по контролю за расходованием средств, потраченных на реализацию программы, в том числе и право возбуждать уголовные дела.

Барофски начал расследование по 20 делам и инициировал шесть аудиторских проверок. В частности, он намеревался оценить, насколько корпорации соблюдали и соблюдают ограничения на бонусы и зарплаты топ-менеджерам. Оказалось, что программа не предусматривала корректную систему отчета: получатели средств не были ответственны за то, куда будут потрачены миллиарды долларов налогоплательщиков. В результате деньги тратились не на оживление кредитования, а на покупку других активов, выплату бонусов руководителям корпораций и финансирование политиков. Компании, которые в 2008 году получили 295 млрд долларов бюджетных средств, в том же году потратили 114 млн долларов на лоббизм и взносы на избирательную президентскую кампанию.

По подсчетам американской Администрации управления и бюджета (OMB), правительство переплатило за акции финансовых институций на 64 млрд долларов больше, нежели они стоили бы на рынке. По мнению Барофски, программа выкупа плохих активов, кроме прочего, привела к новым диспропорциям на финансовом рынке. Ведь, пообещав помощь всем крупным компаниям страны, госказначейство тем самым снизило для них стоимость кредитных ресурсов, в то время как другие компании такой возможности были лишены.

Кроме того, TARP стал настоящим рассадником для мошенничества. В США 20 апреля завершился суд над Ли Бентли Фаркасом, бывшим главой компании Taylor, Bean & Whitaker (TBW), одного из крупнейших ипотечных кредиторов страны. Администрация Барофски обнаружила, что в 2009 году Фаркас разработал и реализовал в своей компании схему, благодаря которой незаконно смог получить помощь по программе TARP в размере 550 млн долларов. Это дело стало крупнейшим в «пакете» уголовных дел, инициированных администрацией TARP, но далеко не единственным из них. В целом по состоянию на январь 2010 года было открыто 86 уголовных и гражданских дел по фактам нецелевого использования средств.

Но вовсе не уголовные дела — главная причина пессимизма Барофски. Основное, с чем не справился TARP — это дефолты по ипотечным кредитам. Изначально программа задумывалась для помощи рядовым американцам, которые оказались не в состоянии обслуживать свои ипотечные кредиты. Для этого правительство согласилось выкупить проблемные кредиты у банков, что должно было позволить избежать массового изъятия залогового имущества у неплатежеспособных владельцев домов. Но этот расчет не сработал: согласно отчету Бюджетной администрации конгресса (CBO), по состоянию на март 2011 года из 50 млрд долларов, предусмотренных на поддержку ипотечного кредитования в рамках TARP, было потрачено лишь 1,2 млрд долларов. А вместо пяти миллионов семей воспользоваться программой смогли лишь 600 тыс. американских домохозяйств.

Социалисты на время

Профессор экономики Принстонского университета и бывший заместитель главы наблюдательного совета ФРС США Алан Блиндер, который в конце 2008-го находился в авангарде отряда критиков программы, кардинально поменял свое мнение. «Оглядываясь назад, историки будут говорить, что три стратегии — TARP, фискальное стимулирование и банковские стресс-тесты — удержали нас от падения в пропасть», — написал он в одной из недавних публикаций.

«Банки до сих пор находятся в плохом положении, ежемесячно банкротятся несколько банков. Но с задачей стабилизации финансовой системы TARP в принципе справился; система в целом вернулась к относительно хорошему здоровью», — рассказал «Эксперту» Эдвин Труман, один из ведущих американских экономистов. Около двадцати лет Труман возглавлял департамент международных финансов в ФРС США, а сегодня является сотрудником вашингтонского Института мировой экономики им. Петерсона. По его мнению, благодаря принятию TARP правительство смогло успокоить финансовые рынки, сняв царящую на них панику.

Показательный пример — ситуация со страховой компанией AIG, которая в начале марта 2009 года продемонстрировала рекордные потери за всю историю корпоративного сектора США: 61,7 млрд долларов по итогам квартала. После этой новости индекс S&P500 за день потерял 4,7%, опустившись до 13-летнего минимума, Dow Jones упал до минимального значения с 1997 года. Банкротство этой компании, с 74 миллионами клиентов в 130 странах мира, имело бы не менее трагические последствия для рынков, чем банкротство Lehman Brothers. Избежать этого правительство смогло только при помощи программы TARP, в рамках которой страховщик получил доступ к финансовой помощи в сумме 180 млрд долларов.

Сегодня большинство компаний, сумевших выжить благодаря финансированию по программе TARP, чувствуют себя превосходно. Так, из шести американских банков, получивших помощь правительства в рамках программы, пять (включая Goldman Sachs, Morgan Stanley, Citigroup, JPMorgan Chase и Wells Fargo) с начала года демонстрируют прибыль. Неплохо идут дела и у автомобилестроителей. Именно благодаря TARP американцы до сих пор могут купить себе автомобили Dodge или Jeep в ближайшем автосалоне.

В рамках программы по выкупу токсичных активов правительство США (вместе с правительством Канады) вошло в капитал автомобильных концернов General Motors и Chrysler и провело их реорганизацию, в ходе которой плохие активы компаний были выделены в отдельные структуры, подлежащие ликвидации. «Бизнес в том виде, в каком он происходил на GM, окончен. Каждый сотрудник компании должен осознать это и приготовиться к изменениям, причем быстрым», — заявил в июле 2009 года Фредерик Хендерсон, новый глава GM, назначенный правительством. Он не соврал: уже в 2010-м NEW GM впервые за шесть лет смогла показать прибыль в 4,67 млрд долларов, а в ноябре 2010 года — выйти на крупнейшее в истории США IPO, объем которого достиг почти 22,7 млрд долларов. После этого капитализация компании возросла до 80 млрд долларов. Для сравнения, рыночная стоимость крупнейшего мирового автопроизводителя Toyota на тот момент составляла около 120 млрд долларов.

Концерн Chrysler также нашел возможность для быстрого роста после реорганизации, сделав в партнерстве с Fiat ставку на небольшие и экономные автомобили, и чрезвычайно удачно обновив свою линейку спортивных авто.

Все деньги не понадобились

Правда, большинство американцев недовольны тем, что спасать AIG, коммерческие и инвестиционные банки Вашингтон решил за счет денег налогоплательщиков, отступив от правила не вмешиваться в экономику. Но эти претензии во многом необоснованны.

Во-первых, половина из 700 млрд долларов, предусмотренных программой, просто не пригодилась. Согласно последнему отчету Бюджетной администрации конгресса, по состоянию на март 2011 года из этой суммы было распределено лишь 432 млрд долларов, из которых на спасение банков и AIG пошло около 300 млрд долларов.

Во-вторых, эти деньги либо уже возвращены, либо скоро вернутся в бюджет. Условия предоставления помощи банкам были очень выгодны для казны. Так, выкупленные Казначейством привилегированные акции банков предполагали доход в размере пяти процентов в год в течение первых пяти лет и девять процентов все последующие годы, тогда как ставки по кредитам в США рухнули ниже двух процентов годовых.

Именно поэтому фининституты попытались как можно быстрее откреститься от государственных денег и выкупить свои акции у государства. По состоянию на 3 марта 2011 года банки выкупили обратно уже 83% принадлежащих правительству привилегированных акций. Причем, чтобы выплатить свой долг перед государством досрочно, одному из крупнейших заемщиков, Citigroup, пришлось заплатить штраф. Концерн Chrysler также поспешил рассчитаться с правительством за предоставленную ему помощь. В мае 2011-го, на шесть лет раньше положенного срока, он вернул правительству 7,6 млрд долларов, чтобы сэкономить на выплате процентов 350 млн долларов в год. В результате, по оценкам СВО, чистая прибыль правительства США от помощи только американским банкам уже составила 16 млрд долларов.

Правда, AIG и GM до сих пор должны Казначейству в общей сложности почти 100 млрд долларов. Но и они прилагают активные усилия, чтобы расплатиться со своими долгами. Так, AIG уже продала ряд своих подразделений, в том числе активы в Японии и подразделение по страхованию жизни — компанию Alico.

Повод для «спасибо»

Согласно исследованию, проведенному летом прошлого года Аланом Блиндером и Марком Занди, главным экономистом Moody's, если бы не TARP, то ВВП Америки в прошлом году на 6,5% оказался ниже, а в рядах безработных числилось бы на 8,5 млн больше американцев. Спасение одних только GM и Chrysler позволило правительству сохранить почти 250 тыс. рабочих мест, большинство из которых были бы потеряны, если бы производство на заводах закрылось.

Однако массированная госпомощь негативно сказалась на конкурентной среде США. «В результате помощи (правител


Похожие записи:
  1. Бум социальных сетей в интернете — закономерное явление эпохи. Ученые говорят, что люди разучились чувствовать и думать поодиночке. На этой волне бизнес вливает в новый феномен миллиарды долларов
  2. Эра дешевой и легкой в освоении нефти закончилась. Глобальный рост издержек
  3. Германия теряет собственную автомобильную промышленность. По мнению некоторых наблюдателей, массовый вынос производств
  4. После Менделеева ученые уделяли мало внимания изучению водно-спиртовых смесей. Оказалось, что стандартный анализ не улавливает 290 содержащихся в них веществ
  5. Для того чтобы энергия ветра стала реальной и эффективной альтернативой дефицитным и дорогим углеводородным видам топлива, надо открыть дорогу отечественным инновациям и создать благоприятные условия для инвестиций в эту сферу
  6. Грядущая приватизация национальных железных дорог вызывает растущее сопротивление в германском обществе. Немцы опасаются, что проезд станет дороже, а качество услуг — хуже
  7. Эпоха тотальных коммуникаций бросила вызов безоговорочному лидерству Microsoft в сфере программного обеспечения. Корпорация прилагает все силы, чтобы сохранить статус лидера и на десктопах пользователей, и в Интернете