Во всяком, особенно конфликтном, взаимодействии принципиально важную роль играет не только обладание каждой из сторон той или иной информацией, но и представление об информации, доступной сопернику. Сорок пять лет назад этот вывод и его приложения были революционными, что и принесло сегодня его авторам Нобелевскую премию в области экономики

Каждый октябрь весь мир ждет объявления нобелевских лауреатов. Экономисты не просто ждут - они делают ставки. В Российской экономической школе в игре приняло участие тридцать человек - студентов и преподавателей, призовой фонд составил 2000 рублей (одна ставка - 25 рублей). А на факультете экономики Университета штата Пенсильвания было сделано 120 ставок по одному доллару. В РЭШ имя одного из лауреатов, Роберта Ауманна, угадал один профессор, а в Пенсильвании имя другого лауреата, Томаса Шеллинга, угадали двое. Неужели Нобелевская премия Ауманну и Шеллингу - такая неожиданность? Как раз нет, просто и Ауманн, и Шеллинг слишком долго были "первыми претендентами", и многие решили, что время их Нобелевской премии уже прошло. Ан нет. Взаимодействие с неполной информацией Мировую славу - и, как выяснилось через сорок пять лет, Нобелевскую премию по экономике - Томасу Шеллингу принесла книга "Стратегия конфликта", вышедшая в 1960 году. Она мгновенно стала не только настольной книгой лидеров мировых держав - для них она и была написана, - но и стандартным учебником по многим дисциплинам, от международных отношений до корпоративного менеджмента. Книга стала настоящим бестселлером - изящные теоретические концепции иллюстрировались занимательными примерами: рассматривались два грузовика с динамитом, пытавшиеся разъехаться на узкой дороге. Одновременно эта книга, совершенно практическая по сути, дала старт огромному числу экономических теорий. До Шеллинга экономисты, которые занимались теорией конфликтов и кооперации, в основном работали над нормативными вопросами. Например, как можно определить справедливую долю каждого участника в дележке какого-нибудь приза? Шеллинг стал изучать то, как торг и переговоры происходят в реальном мире. И оказалось, что такие, казалось бы, понятные всем стратегии, как "шантаж" и "блеф", в реальности требуют очень тонкого анализа. Ясно, например, что генерал, приказывающий сжечь мосты позади своей армии, не просто поднимает боевой дух солдат - он демонстрирует противнику готовность идти в бою до конца. То есть, вопреки примитивному "здравому смыслу", можно получить стратегическое преимущество, сократив количество доступных действий (в данном случае возможность отступить, если бой будет складываться неудачно). В книге 1965 года, которая развивала заложенные в "Стратегии конфликта" идеи, Шеллинг приводит в пример ситуацию из переговоров Хрущева с американским посланником Гарриманом. Речь идет о возможном использовании американских танков в конфликте вокруг Западного Берлина. Хрущев говорит: "Если вы хотите войны, вы ее получите, - но это будет ваша война. Наши ракеты полетят автоматически". Казалось бы, советский лидер сужает свой собственный арсенал ответов, но, в точном соответствии с теорией Шеллинга, он получает стратегическое преимущество. Раз ракеты полетят автоматически, у американских генералов нет возможности строить свой расчет на том, что после их хода - в изменившейся ситуации - противнику может оказаться выгодно отступить. Вся идеология ядерного сдерживания была построена именно на этой идее. А сколько отдельных эпизодов шантажа и блефа произошло во время одного только Карибского кризиса - не перечесть. Тот же самый пример - с генералом и мостами (или с Хрущевым и ракетами) - позволил Шеллингу показать, что информация играет ключевую роль в стратегическом взаимодействии. Если неприятель не узнает о том, что генерал сжег мосты, то этот поступок резко потеряет в силе, потому что противник может начать наступление, думая, что мосты целы и войска генерала могут отступить. Значит, даже если противник узнает об этом, ему будет выгодно притвориться, что он ничего не знает. В свою очередь, генералу выгодно вести себя так, как будто он уверен, что противник знает о его поступке и так далее. Однако Шеллинг - один из тех нобелевских лауреатов, чья сила была вовсе не в умении строить сложные формальные модели или проводить хитроумные статистические вычисления. После окончания Беркли и аспирантуры в Гарварде Шеллинг работал в государственных учреждениях, консультировал бизнесменов и правительство, а на такой работе требуются другие качества: прежде всего ясность идей и прозрачность аргументации. Сама мысль о том, что правительства и корпорации вовлечены в стратегическое взаимодействие - "большую игру", в которой исход зависит не только от сделанных ходов, но и от тех, которые только могли бы быть сделаны, была революционной. Но Томас Шеллинг создал больше чем полноценную теорию стратегического взаимодействия (в математике ее чаще называют теорией игр) - он создал теорию без теоретического аппарата. Часть этого аппарата появилась только через десять лет в работах Рихарда Зелтена и Джона Харшани, а Нобелевскую премию они получили на десять лет раньше Шеллинга. Третьим лауреатом в 1994 году стал создатель формальной концепции стратегического равновесия Джон Нэш. Однако самый большой вклад в формализацию идей Шеллинга внес Роберт Ауманн. Почему Анна не смеется В аспирантуре Массачусетсского технологического института, где Роберт Ауманн занимался не экономикой, а математикой, он познакомился с Джоном Нэшем, который и заинтересовал его теорией игр - в то время лишь зарождающейся дисциплиной. Тогда никто не мог представить, что через несколько десятилетий теория игр станет обязательным инструментом в арсенале любого экономиста, а соответствующий курс будет читаться на всех экономических факультетах. В начале 60-х работы Шеллинга позволили взглянуть на стратегии мировых держав новым взглядом, но к 70-м появились и новые вопросы. Ни одна из сторон не была заинтересована в ядерном конфликте, но в то же время каждая хотела добиться от другой максимума уступок. Напряженность держалась годами и десятилетиями, и любая неосторожность могла привести к ядерной катастрофе - американские политики активно консультировались у специалистов по теории игр. Именно тогда возникла теория повторяющихся взаимодействий, решающий вклад в которую внес Роберт Ауманн. Основной результат этой теории, известный как народная теорема (это название тоже предложил Ауманн), состоит в том, что при повторяющихся взаимодействиях стороны могут воздерживаться от действий, сулящих им краткосрочную выгоду. Как это часто бывает в теории игр (и в экономической теории), народная теорема, после того как она сформулирована, не производит особенного впечатления на профессионального математика: ему результат покажется едва ли не тривиальным. Но придумать эту теорему, предложить формальное описание конфликта, которое можно использовать и в научной дискуссии, и на практике, построить модель, которая позволит отсечь несущественное и выделить движущие механизмы конфликта, совсем не просто. То же относится и к другой фундаментальной идее, предложенной Ауманном, - концепции общего знания, которую можно проиллюстрировать на примере известной притчи про трех барышень (назовем их Анна, Бетти и Вероника), едущих в поезде по викторианской Англии. У всех троих лица измазаны сажей, но каждая видит лишь двух других и смеется. И вдруг самая умная из них, скажем, Анна, перестает смеяться, понимая, что и у нее лицо перепачкано. Она рассуждает так: "Если бы мое лицо не было испачкано, то Бетти, глядя на смеющуюся Веронику, догадалась бы, что та смеется над ней, и сама перестала бы смеяться; но она не перестает, значит, мое лицо тоже в саже". Каждый из участников взаимодействия, как правило, обладает неполной информацией о возможностях других участников: например, фирма может не знать точно параметры технологии, доступной конкуренту, а государства обладают лишь приблизительной информацией о численности и вооружении иностранных армий. Вместе с тем некоторые параметры взаимодействия известны всем сторонам, кроме того, известно, что эти параметры известны всем, и так далее. При принятии решения каждая из сторон должна учитывать не только имеющуюся у нее самой информацию, но и то, доступна ли эта информация другим сторонам, насколько другие стороны осведомлены о доступности этой информации друг для друга и так далее. Помните пример с генералом и его противником у Шеллинга? Общим знанием называется вся информация, про которую все участники знают, что она всем доступна, знают, что все знают, что она всем доступна. В примере с барышнями Анна в своих рассуждениях опиралась не только на то, что Вероника смеется, но и на то, что Бетти знает, что Вероника смеется. Казалось бы, ничего особенно сложного. Однако разработка такого подхода, который позволял бы анализировать конфликты и кооперацию в самых различных ситуациях, была настоящим прорывом. Кто следующий В отличие от других Нобелевских премий премия по экономике еще ни разу не была "скандальной". Возможно, одна из причин этого состоит в том, что узкий круг экономистов, советы которых играют решающую роль в решениях комитета, выбирают не только тех, чьи работы оказали большое влияние на развитие экономической мысли, но и следят, чтобы никакая весомая специализация внутри экономической науки не оказалась обиженной. Нобелевскую премию получали и макроэкономисты, работы которых определяли экономическую политику государств, и финансисты, главным достижением которых стало количество денег, заработанных при помощи разработанных ими формул, и институционалисты, без которых не существовало бы современной экономической истории, и теоретики, занимавшиеся фундаментальными проблемами. По большому счету, Ауманн и Шеллинг попадают в категорию последних. А значит, следующей Нобелевской премии по теории ждать еще лет десять. Кто же будет следующим теоретиком - претендентом на премию? Роджер Майерсон, один из создателей теории аукционов? Леонид Гурвиц и Эрик Маскин, для которых аукционы были только частью более общей проблематики, связанной с организацией стратегических взаимодействий (кстати, именно эти экономисты наряду с макроэкономистами Петером Даймондом и Полом Кругманом возглавляли рейтинг ставок в Пенсильванском университете в этом году)? Ариэль Рубинштейн, предложивший новые модели переговоров и торга? Пол Милгром, который уже однажды произносил нобелевскую речь за скончавшегося в период между присуждением и вручением премии Уильяма Викри? До Нобелевской премии, как известно, надо дожить. Например, Джон фон Нейман и Оскар Моргенштерн, которые первыми сделали анализ стратегических взаимодействий частью экономической науки, не дожили. А вот 75-летнему Ауманну и 82-летнему Шеллингу повезло больше. *Профессор Российской экономической школы (РЭШ), Ph.D. MIT. **Профессор РЭШ и Центра экономических и финансовых исследований и разработок (ЦЭФИР), кандидат физико-математических наук.


Похожие записи:
  1. До сих пор реформирование европейской энергетики по лекалам Еврокомиссии вело лишь к снижению надежности энергосистемы ЕС. Однако в Брюсселе твердо намерены продолжить реформировать отрасль
  2. Десятилетняя годовщина азиатского финансового кризиса напомнила странам Азии, что у них теперь совсем другие проблемы — необходимость обеспечить энергобезопасность, противодействовать терроризму и стихийным бедствиям, а также выработать приемлемую для всех модель региональной интеграции
  3. Лидерство Лондона как ведущего финансового центра оказалось под угрозой. Причина — недальновидные налоговые новации кабинета Гордона Брауна
  4. Украинские ученые начали создавать масштабную компьютерную сеть для научных вычислений. Это позволит им принимать участие в крупнейших мировых экспериментах
  5. Переход к маркетинговой концепции простого использования техники заметно укрепил позиции корпорации Philips
  6. Регуляторные органы США и Европы развернули борьбу против господства «большой четверки» аудиторов
  7. На каждом этапе эволюции и усложнения живых организмов природа сочиняет новые механизмы для сохранения и процветания вида: от простого деления однотипных клеток до разделения полов и от секса до любви