Анализ динамики мировой и американской нефтедобычи за минувший век показывает,

что ценовой всплеск последних лет в ближайшее время сменится новой масштабной коррекцией глобального значения

Причины изменения стоимости нефти на мировом рынке окутаны густым туманом информационного шума, и возникает ощущение: кому-то очень влиятельному здесь есть что скрывать. Догадки встречаются самые экзотические — вплоть до влияния Солнца на активность нефтяных брокеров. От чего все же зависит уровень мировых цен на нефть см. график 1? Аналитики любят объяснять движение нефтяных цен фундаментальными факторами, действие которых, на наш взгляд, мало что объясняет.

Фундаментальные загадки

Как следует из графика 2, добыча нефти странами-членами ОПЕК устойчиво увеличивалась в периоды низкой стоимости сырья (1965–1973 и 1986–2004 годы), а остановка роста добычи ОПЕК в 1974–1980 годах совпала с периодом высоких цен. Это, казалось бы, подтверждает популярную теорию ценовых манипуляций картеля как главного фактора ценообразования. Однако резкое снижение добычи ОПЕК в 1981–1986 годах происходило на фоне не увеличения, а падения мировых цен на нефть в реальном исчислении.

Вряд ли удастся обнаружить какуюлибо значимую связь между колебаниями цен и плавно увеличивающейся добычей нефти странами, не входящими в ОПЕК. Временные приостановки роста добычи этими государствами совпадали с периодами как повышения цен (1974–1975, 2002–2005 годы), так и их падения (1983–1986 годы, см. график 3) .

Добыча нефти в странах бывшего СССР характеризуется и временами больших неудач, когда сокращение добычи накладывалось на снижение мировых цен, и периодами крупных удач, когда добыча снова начинала увеличиваться в ситуации роста цен на мировом рынке см. график 4. Отсюда можно сделать статистически безупречный, но абсурдный по смыслу вывод, что мировые цены растут тогда, когда повышается добыча нефти в России и других государствах бывшего СССР, и падают, когда там начинается кризис. Не выдерживает критики при пристальном рассмотрении и идея повышения цен на нефть из-за роста ее потребления. Мир использует все больше этого сырья, но темпы роста потребления, в отличие от цен, почти не меняются в течение длительного времени см. график 5. Влияние расширяющихся рынков Индии и Китая не объясняет динамики мировых цен: суммарный ежегодный прирост потребления в этих двух странах при всех высоких относительных показателях составляет всего 0,2–0,5% мирового спроса. Снижение потребления нефти в конце 1970-х — начале 1980-х годов и слом динамики по сравнению с 1960–1970-ми годами были вызваны активной энергетической политикой развитых государств Запада и глубоким кризисом стран третьего мира. Конечно, и то и другое стало следствием изменившейся энергетической ситуации, но причинно-следственные связи выглядят именно так: темпы потребления зависят от цен, но опосредованно — через долгосрочные изменения государственной энергетической политики, а не как прямой результат текущей рыночной конъюнктуры.

О физическом дефиците нефти говорить сегодня не приходится. Ее запасы за двадцать с лишним лет, с 1985-го по 2006 годы, почти удвоились — с 770 до 1200 млрд баррелей (164 млрд тонн), что позволяет поддерживать сложившиеся темпы потребления еще долгое время.

Театр одного актера

Так чем же все-таки определяется динамика цен на нефть? Начиная с открытия нефти в Пенсильвании во второй половине XIX века, мировая нефтяная промышленность пережила не менее восьми циклических пиков активности, после которых наступал резкий и неизбежный спад. Нефтяная отрасль — типичный пример boom/bustбизнеса, то есть такого, для которого характерны периоды лихорадочной активности, чередующиеся с временами застоя. В этом рынок нефти не уникален. Его исключительность в том, что определяющее влияние на весь мировой рынок нефти оказывает всего одна страна — Соединенные Штаты Америки.

Настоящая энергетическая сверхдержава США потребляют больше нефти, чем следующие за ними Китай, Япония, Россия, Германия и Индия вместе взятые США импортируют столько же нефти, сколько следующие за ними Япония, Китай, Германия и Франция вместе взятые

В то время как основная часть ресурсов жидкого топлива находится на Ближнем и Среднем Востоке, примерно 80% всего капитала мировой нефтяной промышленности сосредоточено в США. В этой стране имеется гигантский фонд низкопроизводительных нефтяных скважин, которые работают вполовину мощности. Никакой свободный рынок не может оправдать существования огромной малопроизводительной резервной системы нефтеснабжения, этого детища холодной войны. В случае серьезного мирового политического кризиса, войны, перерыва в поставках Америка может удвоить собственную добычу нефти за считанные дни, если не часы. К тому же в стратегических запасах содержится резерв нефти, достаточный для возмещения импорта в течение 90 дней, или около 100 млн тонн. Причем есть план удвоить длину этого дамоклова меча, нависающего над рыночной стихией, доведя стратегические запасы до полутора миллиардов баррелей.

Однако срок жизни нефтяной скважины ограничен двадцатью-двадцатью пятью годами. Сохранить свой потенциал добычи Соединенные Штаты могут лишь периодическими кампаниями массированного бурения, финансирование которых возможно только за счет роста мировых цен на нефть. Поэтому мировой нефтяной цикл привязан к циклу воспроизводства американских нефтегазодобывающих скважин и коррелирует со средним вре- менем эксплуатации скважины см. график 6. А издержки воспроизводства капитала американской нефтяной промышленности за счет повышения цен перекладываются на весь мир. Это именно та загадка, которую американские нефтяники и политики тщательно скрывают: не ОПЕК, а США стоят у штурвала глобального нефтетанкера.

Механизм одностороннего контроля над мировым рынком нефти американцы создали в 40–70-х годах ХХ века, прекрасно понимая, как говорил еще лорд Керзон, что «дело союзников приплыло к победе на гребне нефтяной волны», и имея намерение и впредь свободно «серфинговать» на таких гребнях.

Действует этот механизм так: США согласуют желаемый уровень цен с Саудовской Аравией, а саудовцы добывают больше или меньше нефти, чтобы выйти на этот уровень. Саудовская Аравия, которой принадлежит околочетверти всех мировых запасов этого сырья, выступает в роли компенсирующего, свингового поставщика. Aramco — эта непубличная, закрытая от посторонних глаз гигантская американо-саудовская корпорация, — главный маркетмейкер в мире. Влияние Aramco, фактически управляемой правительствами США и Саудовской Аравии, многократно усиливается путем координации действий с другими транснациональными «сестрами», такими как Shell, Exxon Mobil и Сhevron. Олигополия с нефтяного рынка никуда не делась.

Для сохранения действенности этого механизма требуются серьезные политические усилия и постоянная накачка военных мускулов. И нет никаких оснований предполагать, что этот отлаженный механизм больше не действует. Наоборот, американцы решили усилить возможности контроля над мировым рынком нефти путем дерзкой экспедиции в Ирак. Если им удастся распространить свой контроль и на Иран, то нефтяной рынок попадет в их полное распоряжение, поскольку эти страны располагают примерно половиной всей мировой нефти и почти всеми ресурсами нефти дешевой. Всем остальным государствам добыча нефти обходится гораздо дороже.

Спад не за горами

Несмотря на то что США имеют почти открытый доступ к ближневосточным богатствам, основой американского энергетического могущества остается их собственная нефтяная промышленность. Сейчас инвестирование в американскую нефть медленно ползет вверх. Активность бурения уже почти втрое превысила уровень кризисного 1999 года, но пока еще вдвое ниже, чем в пиковом 1981-м. Но уже сейчас в США работает в два раза больше буровых установок, чем во всем остальном мире вместе взятом. Объем ввода скважин приближается к уровням конца 70-х — начала 80-х см. график 7. Это означает, что пик, а за ним и спад не за горами. Судя по наблюдавшейся в прошлом динамике, точка перелома будет достигнута в 2007–2009 годах. То есть нынешняя нефтяная эйфория продлится всего два-три года.

Одна из опасностей нынешней ситуации заключается в том, что, перед тем как надолго упасть, цены могут еще подрасти, порождая необоснованные надежды и приводя к неверным политическим и экономическим решениям. Что будет после того, как цены достигнут пика? Соединенные Штаты просто обвалят их, потому что высокие цены им будут уже не нужны. Наоборот, надо будет, чтобы покупали больше нефти, поскольку сейчас идет процесс мощного инвестирования в нефтяную промышленность и добывающие возможности уже превышают спрос. Если в Америке начнется резкое снижение инвестиций в бурение, это будет означать, что цикл заканчивается. Это и будет сигналом к тому, что цена вот-вот упадет.

*Директор консалтинговой компании КОНТАКО, старший научный сотрудник Института энергетических исследований Российской академии наук, автор монографии «Нефть в бывшем Советском Союзе», изданной в Канаде; участвовал в разработке Энергетической программы СССР, преподавал в Карлтонском университете и Университете Калгари (Канада).

Вне нефтяной игры

К счастью или сожалению, украинский рынок не слишком зависит от колебаний мировых цен на нефть. Если Соединенные Штаты и оказывают доминирующее влияние на рынок, согласовывая уровень цен с Саудовской Аравией, то на таком региональном рынке, как украинский, гегемоном является Россия. Украина почти на 80% зависит от поставок нефти из этой страны. О биржевых котировках этого сырья в Украине вспоминают лишь тогда, когда его цена ползет вверх. Когда же она идет вниз, почему-то начинают работать другие факторы, делающие корреляцию мировых и внутренних цен невозможной. Такими факторами являются экспортные пошлины на российскую нефть, ее долгосрочные закупки нефтеперерабатывающими заводами (НПЗ) и т. п. Временной лаг для снижения цен настолько велик (порой он может доходить до месяца), что цены попросту не успевают опускаться. Чтобы Украина почувствовала дыхание мирового рынка, биржевые цены на нефть должны буквально обвалиться.

Такие фундаментальные факторы, как спрос и предложение, у нас тоже не работают. Хотя бы потому, что поставщики этого вида сырья и его потребители - одни и те же лица. Российские добывающие компании "ТНК-ВР", "ЛУКойл" и "Татнефть" контролируют в нашей стране три крупнейших НПЗ. Когда цены на нефть были низкими, этим компаниям было выгодно производить нефтепродукты в Украине, в том числе для их отправки на экспорт. Но когда тарифы вырастают, более выгодным становится экспорт сырой нефти. Компании просто останавливают свои заводы на ремонт и гонят нефть в Европу. К примеру, вот уже полтора года простаивают Одесский и Херсонский НПЗ. Имея возможность маневрировать в поставках нефти или нефтепродуктов, компании мало заинтересованы в модернизации перерабатывающих заводов: их используют, когда это выгодно, и закрывают, когда рентабельность этого бизнеса из-за высоких закупочных цен падает. В случае возникновения дефицита Украина начинает массовую закупку нефтепродуктов в Белоруссии и Литве.

К сожалению, высокие цены на это сырье не означают автоматического увеличения его транзита по территории Украины. Мощности отечественных нефтепроводов загружены меньше чем наполовину и, несмотряна заявления правительства, их загрузка не увеличивается. Проблема заключается в том, что страна не является самостоятельным транзитером. Главный нефтепровод Украины - "Дружба" - идет к нам не напрямую из России, а проходит еще и по территории Белоруссии. Таким образом, украинская нефтяная труба не является альтернативой белорусской, а всего лишь служит ее продолжением. Новогодний конфликт наших соседей стимулирует россиян еще быстрее осваивать обходные маршруты, такие как Балтийская трубопроводная система. Так что снижение транзитной ставки для российской нефти, о чем заявил министр топлива и энергетики Юрий Бойко, вряд ли способно


Похожие записи:
  1. В Украине ясно видны признаки оживления экономики, утверждает генеральный директор компании «3М Украина» Шерил Ингстад
  2. Развитая система поддержки развратила европейских виноделов
  3. Эволюция финансовых систем определяется не только накопленным богатством наций и не является поступательным процессом. История знает длительные периоды, когда происходил регресс в развитии финансовых систем, преодоленный лишь осмысленными усилиями государства
  4. Развитая система поддержки развратила европейских виноделов
  5. Турция намерена стать главным связующим звеном в транспортировке газа и нефти в Европу
  6. Мир стоит на пороге новой компьютерной революции: на смену Интернету идет суперсеть — грид, которая позволит использовать вычислительные сверхмощности в режиме удаленного доступа
  7. Украинским ученым и инженерам невыгодно повышать свою квалификацию за рубежом — их возвращения на родине никто не ждет. Таков один из выводов круглого стола, посвященного техническому образованию